выберите нужную тему:

разное [8]
походы [10]
фотоочерки [15]
записки Моренщика [21]

Форма входа

Логин:
Пароль:

Среда, 20.06.2018, 22:26
Приветствую Вас Гость
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Легенда

фотозаметки

Главная » фотозаметки » в горах » записки Моренщика

Забытые тропы Коксая

Забытые тропы Коксая

ерная спутница одиночного похода – тревога. В этот раз тревожиться  стал с самого начала.  Потому, как ходили такой маршрут всего один  раз, и было это 6 лет назад, в 2004-м. В тот раз шли с Сергеем, шли  первый раз. В верховьях ущелья, перед полосой лесов расположены  дачи. Первую ночь там и провели. 

Дача – громкое слово для сарайчика 2 х 3 метра, вокруг все заросшее малиной, яблонями и урюком. Стоит на склоне, откуда видна панорама равнины.  В другую сторону - спокойный вид темного леса, более светлых альпийских лугов и красных скал, с белыми пятнами ледников. Наполнялись теплом и сушью просторные дни конца лета, и более благосклонной погоды желать невозможно. И снега мало, и тепла еще достаточно. И день еще большой – солнце  ныряет за зубчатый, от далеких елок  горизонт, только после восьми вечера.

 

 

Дача принадлежит нашему другу Кеше. Известный филантроп предоставил ее в полное наше распоряжение. После плотного ужина, принято долго, часа три, гонять чаи, с малиной, добрый тазик которой набрали за несколько минут, почти не сходя с места. За беседой - широкий спектр тем, начинает темнеть, а обсуждены далеко не все проблемы – как общемировые, так и наши частные.

 

Завтра в далекий путь, нужно учесть множество мелочей. Количество тушенки и газовых баллонов, сухарей и конфет, шоколада и сайры. Брать дополнительную пару носков или нет, как всегда, по-минимуму, и все равно - места в заплечной торбе уже нет.  Что не помещается, подвешивается снаружи. Дождя не будет, -  часто, как заклинание, - повторяем мы, но полной уверенности, как всегда нет.

 

 
мягкий свет лиловых гор

 

 

 

… Лишь бы не было дождя, вероятность его мала, но – и в этот раз те же самые заботы. Расположившись на плоской, покрытой рубероидом, нагретой  крыше сарайчика, смотрим еще какое-то время в бинокль на огни города, читаем светящиеся надписи рекламы.  Светофоры мигают на перекрестках, поворотники у машин, поблескивают от пробегающих фар витрины небоскребов. Рекламы обещают все, что мы желаем, все, что нам нужно, а одна, самая крупная – даже коммунизм-2 в далеком тридцатом…   

И ни малейшего шума не доносится до нас, так далеко и так высоко уже наш приют.  А все уже и так есть, к кому эти обращения. Мы выше всего этого – выше самого высокого алма-атинского стеклонебоскреба. Просто выше, это факт - над уровнем моря, я не имею в виду никакие другие смыслы.

 

Повелось, еще с детства, выходить в дорогу в 3 часа ночи. Нереальность происходящего, мистичность – вот сопутствующие этому. Много раз  получалось так. А возвратившись из похода, идешь по улицам, и видишь себя со стороны, и не понимаешь, как это так. Часто мы специально ловили это чувство, ощущение – так оно интересно и необычно.

Выходить ночью не просто традиция. Это очень удобно. Через час-другой начинает светать, а ты уже прилично прошел. К полудню уже готовишься на стоянку, дневной маршрут позади.  Собирается либо пекло, либо дождь, а ты уже в палатке. А тропой шел, когда было «самое то». Большой день почти весь впереди, и на отдых, и на вылазки к радиальным красотам время хватит.

Сколько раз, после полудня, приходится видеть идущих с  языками через плечо туристов. Или мокрых, до последней нитки походчиков.  Наблюдать, выглядывая из сухой палатки. А ведь их заиндевевшие палатки мы миновали в предрассветном ущелье – спят…   Что ни говори, наша система лучше. Как говорит Серега – всего лишь надо сделать над собой одно-единственное в день усилие – встать ночью.

 

горечавка Кауфмана, рододендрон таньшанский, ястребинка оранжево-красная, горечавка Карелина
 
 
ремерия джунгарская, фиалка алтайская, горошек синий, хлопушка обыкновенная
 
 
 
  

 

 

 

Вторым днем - еще выше, еще меньше огни, еще шире горизонт. Разговор становится степенней, размеренней. А шаги быстрее и быстрее. Например, можно утром спросить что-нибудь, к обеду получить ответ, к вечеру задать уточняющий вопрос. Все это без предисловий, без напоминаний.  Эстонцы явно здесь проиграют. Примерно, так:

- Потом они побежали к тому…   (раннее утро)

- Кто побежал?   (3 часа дня) 

- Те,  которые сначала за ним и гнались…  (вечер)

- А-а…    (засыпая) 

Торопиться некуда, рассказы нужно приберегать. И всегда оказывается, что многое остается в запасе, ничего, на следующий поход пригодится. А вообще, очень здорово молчать, а первая сказанная фраза к вечеру, звучит, как встреча и приветствие.

 

Стоянки мы подбираем так, что бы  можно было  видеть и рассвет и закат.  Если для степи это  естественно, то в  горах не все так просто. Но  имеет и  большой практический смысл – нужна  энергия солнца. Как только оно  исчезает, так  берут власть холод и  лед. Именно поэтому, в  горах много  климатических зон опоясывают  довольно  небольшое пространство. На теневой  стороне вечный лед, а в нескольких метрах на  солнечной - бушует луг. Интенсивно тающая на южных склонах вода, смешивается с чистой, несущейся с прохладных мест.  

Первый перевал оригинально называется Скалистый. Он не сложный, но когда же он закончится? За ним попадаешь в другое измерение. Сюда не доходят ФМ-волны, не работает сотовая связь. Рубеж перейден, теперь до встречи с цивилизацией несколько дней.  Отсюда видно на много километров, и мы по компасу отбиваем азимут, так как изменившийся рельеф потом не позволит узнать, правильно ли идем.  Здесь можно видеть дорогу  вперед на несколько дней, разве бывает на равнине такой горизонт?

 

Добираемся до ущелья Казачка, проходим по газонным  лужкам с извилистыми ручейками. Большой камень с  виду  похож на корабль, он тут же получает свое имя –  Аврора.  Здесь и встанем.  Отсюда виден и пройденный  путь, и  завтрашний нетронутый. Осыпи на склоне  присваивается  название Дельфин. Кажется, теперь все  в порядке.

Надо сказать, что за шесть лет я подзабыл дорогу, и явно  недооценил расстояние от Скалистого до Авроры. А солнце в  августовском зените. Обед готовится примерно 20 минут.  Когда-то приходилось тратить на это гораздо больше. Но прогресс проникает всюду. Газовая горелка с отражателем, работают исправно. 

Искусственный шалаш пока еще не установлен, на небе ни одного облачка. Синий цвет говорит – пока можно не спешить, полежать, посмотреть калейдоскоп сквозь веки. Полчаса – летящая дрема. Время от времени вздрагиваешь в такт негромкому треску камнепадов – или тает снег, или меняют дислокацию тау-теке (горные козлы). Да дергаешься, перемахивая через несуществующий ручей. Напрыгались... 

 
вечер на Авроре, в ущелье Казачка
 
Серега в тот раз так изголодался по походам, что решил ночевать на плоской палубе Авроры. Никакие уговоры не помогли.
- Хочу быть ближе к звездам, - заявил он.  
- Смотри не свались за борт, матрос Железняк, забудешь, и шагнешь ночью в море, будет тебе туалет…

Почти ночью, когда Дельфин еще плескался в черном море, мы уже вышли на перевал Казачка. Подход к нему несложный, а вот дальше пришлось устроить совещание. На гребень ведут два пути – один положе и ближе, другой круче и дальше. Нетрудно понять, что мы выбираем первый.  И лишь с трудом забравшись на гребень по «легкому» пути, видим – он ведет в совсем другое ущелье, которое совершенно нам не пути.  Так легко заблудиться в тумане, думая, что идешь правильно, а сам спустишься в неизвестную долину, и не узнаешь об этом. Благо, сейчас ясное утро.  

Совещание номер два. А вариантов тоже только два – спускаться и подниматься на правильный перевал, или траверсировать склон до нужного места. И то и другое не сахар. Часов пять тяжелой работы. Принимаем второй вариант, затем единогласно называем ошибочный перевал –  Еки тау-теке (Двух козлов).  Теперь - снег, камни, снег, камни. 

 
вид с перевала Казачка на правый Каскелен
 
 
короткая стоянка на озере Лимончик
 
  
 
 
 
 
 
  
 
Наконец-таки выходим на настоящее седло перевала Казачка. С перевала видно ущелье Правый Каскелен, озеро Лимончик, озеро Белостенное, ледник и перевал Макаревича. Спуск очень крутой, один из тех, на которые обратно ни за что не полезешь. Обратной дороги нет.
 
 А в этот раз я решительно направился в нужном направлении. Нужное-то оно так, да вот нехоженое, ведь в прошлый раз не прошли этот участок.  Крутизна оказалась большая, недаром в прошлый раз не полезли сюда. Подмокшая накануне осыпь замерзла, и этим здорово облегчила подъем. И все равно без падений никак не обошлось. Через 2 часа борьбы с гравитацией, выхожу на вольный ветер. Вот теперь настоящий Рубикон – или вперед, или назад. Если пошел на спуск, то следующий перевал нужно обязательно пройти, во что бы то ни стало.  Вот и встретились с верной спутницей,  теперь, пока не пройду следующий, ледяной перевал Роксана, она (спутница) не отвяжется. 

В прошлый раз пришлось вброд переходить бурную Каскеленку, а как на сей раз? Так и есть, не обойтись без переобувания в специальные водные тапки. Замечу, что бродить реку нужно обязательно в обуви, и если сменки нет, лучше идти в рабочей, но никак не босиком. Короткая двухчасовая стоянка на озере Лимончик, обед, и на Белостенное, следующая ночевка будет там.  

 А тот раз, шестилетней давности, мы заночевали у  Лимончика.  Озеро было спокойным, неподвижным, как  стекло. День солнечный и теплый. И хотя мы  задержались  из-за ошибки на несколько часов, времени  до вечера  было  достаточно. Третий день без костра, по  космическому  автономному сценарию. Ужинаем  картошкой-пюре с сайрой, пьем чай с чабрецом, эта  трава  здесь не растет, но есть привычка прихватывать  пучок в  карман рюкзака, по дороге.  Золотой дракон  купается в  озере, скоро  в нем засветятся искорки, приближается ночь.

На Белостенном раздолье. Каменное раздолье – только камни, реки, озеро и панцирь ледника. Большой пологий ледник Макаревича размерами примерно 3 на 4 километров.  Цветовая палитра такая – вверху синее с белым, ниже красноватые камни, потом серо-белый ледник, темная вода. Послеполуденное солнце разогревает лед, и по открытому, без снега леднику журчат ручейки. Какие побольше, какие маленькие. Есть и такие, которые с грохотом падают с отвесной стены прямо в озеро. В кроссовках гуляю по пологому леднику несколько часов.

 
стоянка на озере Белостенное, вдали перевал Снежный. Здесь растет пушистая высокогорная ромашка - пиретрум скальный 
 
 
вид с ледника Макаревича на Белостенное, каменное сердце
 
 
закат на Белостенном
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Солнце описывает традиционную дугу, и располагается над зубцами гор на западе – хребтом Жалпак. За время, пока ходил по леднику, речка разлилась так сильно, что теперь придется ее форсировать вброд. Вода достигает почти до пояса. При этом утром - это всего лишь маленький ручей. Множество рек вообще появляются к полудню, и живут до полуночи,  затем замирают, а на солнце следующего дня находят себе новое русло.

Темнеет, опять, как и тогда, в воде затевают схватку огненные чудовища, они погаснут, и выйдет Луна.  «Лунная дорожка-а-а, э-эй...» - пели при этом мы тогда, сегодня дуэта нет, петь не с кем. Разве что потихоньку, помурлыкать себе под нос. 

Ночью мороза не было, несмотря на то, что высота 3800 метров. Показалось даже, что дует ласковый ветерок. Собрался быстро, и под звездным небом захрустел по леднику. На перевале Роксана  еще полчаса ждал рассвета, небо играло всеми красками, простор для художника, который  мог бы нежданно побывать здесь в это время.  Цвет неба постепенно набирает силу, и через 20 минут уже можно стучаться в этот сочный небесный холст. Недавно я спросил у знакомого, приехавшего с родины Карла, Генриха и Маркса:

- А какое там, у вас, небо?

Знакомый приехал отдохнуть от тамошних суровых порядков на свою родину, поэтому долго смотрел  мутным взглядом, как бы убеждаясь, действительно ли я сказал «небо» а не «пиво».

- Ну, какое-какое, как и везде, небо оно везде одинаковое… 

Пологий ледник плавно спускается, и продолжая похрустывать настом, в кроссовках прохожу  перевал категории 1Б*, сейчас его можно пройти и в тапочках. Но звездочки зря не присваивают, стоит полететь снегу, пойдут заносы, трещин станет не видно, температура снизится  до минус десяти. Поэтому и была прошедшая ночь бессонной. А погода, по-крупному, всегда на нашей стороне. Но, только выйдя на зеленые берега Коксая, пришло успокоение, и госпожа Тревога, подобрав юбки, с шорохом исчезла.

Вдали уже виден силуэт знакомых гор, как линия диаграммы, в которой каждый выступ, и каждая впадина на своем месте. Все-таки - как же широк и размашист Коксай, как он длинен и долог! 

До следующих свиданий,  забытая тропа.

                                                                  август 2006 год, август 2010 год

 

категория записки Моренщика | добавил Александр (25.11.2010)
просмотров 365